выставка «Car + Sound 2008» в Зинцхайме

Андрей ЕЛЮТИН

Крупные мазки и мелкие детали

Всякий репортаж сродни картине. Не из-за иллюстраций, хотя без них было бы скучно. Бывают репортажи, похожие на репинское полотно «Заседание Государственного Совета»....

Это когда все-все-все, непременно в парадных мундирах и не дай господь кого-нибудь забыть, холст и масло, считай, насмарку. Мало кто в своё время избежал подобного соблазна, готовя донесение о профильной выставке, из которых для нас ежегодный Зинцхайм — номер один. Кладётся на стол список участников, и про каждого в порядке живой очереди: «четыре новых модели двухканальных усилителей и два новых четырёхканальных». Все шесть, разумеется, снабжены регуляторами чувствительности, возрадуемся, братья. Кто там следующий по списку?

Мне ближе манера крупного мазка, так виднее, про что это. Хотя и некоторые мелкие детали мы тоже обсудим.

Кризис одного Института

То, что сейчас происходит, я бы, с точностью до крупного мазка, назвал «кризисом формата DIN». Именно этот институт, Deutsches Institut fur Normung, в нашей отрасли поминается чаще, чем в какой-либо другой. Почти бессознательно. Спросите у юного продавца car audio (хотя нет, при таком галстуке — «менеджера по работе с розничными клиентами»), что такое DIN. Он пальцами в воздухе покажет: это вот так. А 2DIN — побольше и с экраном, тёмный пошёл нынче покупатель. А ведь идея была хорошая — взять да и договориться: вот дырка 178 на 50, одни её проделывают в автомобилях, другие не выходят за эти пределы, создавая для этих автомобилей головное устройство (тогда ещё — радиоприёмник, максимум — магнитолу). Ну или 178 на 100, сначала это было для чуда техники — CD и кассета в одном флаконе, теперь — как и говорил юный менеджер: экран и DVD. Святые и чистые времена, обещавшие всем благоденствие и гармонию отношений. Теперь повнимательнее взгляните на свою ласточку с ещё невыплаченным кредитом. Вместо лаконичной до аскетизма прямоугольной ниши в центральной консоли вы увидите буйство промышленного дизайна. И это только видимая сторона дела. Там, внутри, происходит буйство иного рода: шины, протоколы, мультиплекс и оптика исполняют жёсткий танец «Не лезь сюда со своим железом». В кулуарах выставки представитель одной очень прогрессивной компании всерьёз говорил о преимуществах, которые сулит IP-адресация компонентов автомобильной аудиосистемы. Зачем IP в машине? Да затем, что технология разработана, действует как часики, прописал адреса, и пошли сигналы да команды куда надо.

Тем, кто сейчас усматривает в моих словах элементы декаданса и/или кликушества, с достоинством отвечу: отнюдь и ни боже мой. Я же сказал «кризис», а не «крах». А кризис (не мной сказано) — это новые возможности для тех, кто оказался хорошо подготовлен. Кто это — можно сказать, только когда кризис ясно обозначился. Кризис налицо, и наиболее он заметен в деятельности тех фирм, которые постулировали бессмертие магического прямоугольника и десятилетиями заполняли его своими великолепными изделиями. А ведь именно от них мы были вправе ожидать прорыва создавшегося окружения. Спасение... ну хорошо, если вас это смущает — «направление на новую цель» пришло, скажем прямо, не совсем оттуда, откуда его ждали.

По римскому счёту

Скажите (вопрос обращён к наиболее опытным из читателей): итальянские мастера car audio когда-либо были замечены в пристрастии к цифровым технологиям? Напротив, они, как казалось, намеренно отворачивались от них, предпочитая вечные ценности. Про вечные они не забыли, и я тоже, если не забуду, к ним вернусь. Однако две наиболее многообещающие новинки, сплошь, до основания, цифровые, приехали в Зинцхайм, перевалив через Альпы строго с юга. Одна из них — устройство, названное своим создателем Kamaleon. Именно так, я сейчас нарочно с проспекта перерисовывал. Это — детище Тициано Джакомони, инициалы которого открывают название фирмы GT-Trading, хотя трудовому народу больше известны имена Steg и Audio System.

Kamaleon — устройство, позволяющее победить автомобили, бортовая информационная сеть которых (включая и аудиосистему) построена на базе оптической шины MOST (Media Oriented System Transport). До сих пор для того чтобы внедриться в такие машины (как правило, дорогие) с целью улучшить аудиосистему (как правило, без исключений нуждающуюся в этом), можно было идти только по пути компромисса. Забрать сигнал с аналогового выхода штатной системы и дальше делать с ним что нужно. Зная, что он уже был цифровым, потом был преобразован (неизвестно чем) в аналог, потом, для создания, скажем, временных задержек, его надо будет снова упаковать в цифру, потом... Ну не вам объяснять, что какие бы потом ни поставить усилители и акустику, результат будет посредственный.

Свой доклад на семинаре, посвящённом разработке, Тициано назвал (амбициозно, конечно, но при иной жизненной позиции за такой проект не стоило бы и приниматься) «Спасение car audio». Нарисовав апокалиптическую картину (отдельные, наиболее крупные мазки из которой я уже нанёс и на своё полотно), он спустился на выжженную землю и подробно рассказал, как средство спасения работает. Вот как.

Под кожей «Камалеона»

Устройство устанавливается в разрыв оптической шины MOST, которая во всех машинах, куда она установлена, закольцована. Скажем, вместо одного из демонтируемых компонентов, усилителя, к примеру. Оказавшись в составе «братства кольца», блок опознаётся системой как «свой» с прописанными по протоколу MOST функциями: что ему можно, что нельзя, какие данные на него передавать. В число последних входит цифровой аудиопоток и команды на изменение аудиорегулировок. Их Kamaleon станет делать уже сам, внутри — цифровой звуковой процессор. И лишь когда всё будет готово, он преобразует сигнал в аналоговую форму. А дальше... А дальше не нам учить итальянцев, как поступают с аналоговым сигналом.

Впрочем, Тициано оказался ещё хитрее, чем можно заключить по его внешности. В корпусе устройства, помимо того, что в компьютерах называется «материнской платой», предусмотрены слоты для функциональных модулей. Главный из них — выходной ЦАП, и его можно поставить разного класса. Обычный, хай-файный, и совсем бескомпромиссно хай-эндный. За разные деньги, разумеется. Причём в отличие от всех известных систем выбрать требуемый можно на живой системе, дело минутное: выдернули одну плату, воткнули другую, поставили тот же диск и крепко задумались...

Если крепкая дума придёт к обладателю уже укомплектованной и находившейся в эксплуатации системы (типа апгрейд), то здесь предложенная синьором GT схема показывает ещё одно, беспрецедентное в нашей отрасли свойство: плата, побывавшая в слоте устройства — это не динамик, вынутый из двери, и не усилитель, исцарапанный до неузнаваемости. Её Тициано готов принять на склад по схеме trade in, сократив расходы обладателя «проапгрейженного» прибора, одновременно заработав на этом сам. Ну а как вы думали? Аналогично устроены и модули, отвечающие за другие функции, в частности — звукового процессора.

Промежуточный итог (пока краска сохнет): есть решение, позволяющее вырвать звук из лап штатной системы там, где его эта система ещё не испортила. И решение, отличающееся изяществом и даже прозорливостью. Давно знаю синьора Джакомони и готов был ожидать от него подвигов на ниве усилителей, которые и прежде выходили, мягко говоря, неплохие. Но вот это стало полной неожиданностью. Rispetto, signore, а также — уважуха, что тут скажешь.

На другом берегу

GT-Trading и Elettromedia находятся на разных берегах Апеннинского сапога, крой у него довольно узкий, приходилось доезжать из одного герцогства car audio в другое за два часа с небольшим, правда — на Alfa Romeo и с итальянцем за рулём. Там тоже не дремали и тоже выступили неожиданно, но несколько по-иному, эдаким широком фронтом. Elettromedia (которая сразу и Hertz, и Audison) новинки сосредоточила в секторе своего дорогого брэнда. Новинки в равной мере относятся и к авангарду цифрового прогресса, и к вечным ценностям. В авангарде — цифровой процессор Audison (каково? Звучит как «вертолёт «Бентли») по имени Bit One.

Bit One призван укорениться в машине с тем, чтобы собрать на себя все аудиосигналы, которые могут понадобиться: начиная со штатной аудиосистемы и заканчивая принесённым в машину ноутбуком. При этом Bit One с каждым из партнёров готов говорить на его языке. Штатное «радио», которое в продвинутых машинах выдаёт аудиосигнал, уже нарезанный на частотные полосы? Пожалуйста, примет на баланс и соберёт в один, мы уж дальше поделим как надо. Многоканальный звук мультимедийного афтермаркета? Не вопрос. Не вопрос и то, что придёт в цифровой форме, включая и оптику. Программировать процессор на требуемые режимы работы и звуковые настройки надо с ноутбука (вот зачем его принесли!), а оперативные регулировки — выбор источника, пресета настроек, включая восьмиканальный блок временных задержек, а также жизненно важные регулировки — громкость, баланс, фейдер — идут с выносного пульта.

Здесь на первый взгляд происходит то, о чём говорилось в предыдущей главе: встречные преобразования «цифра — аналог». Да, если этого нельзя избежать. Зато когда можно, скажем, от цифрового источника по оптике, эту цифру в аналог при определённых условиях Bit One преобразовывать не станет. Он, обработав её как надо процессором, погонит цифровой сигнал дальше. На усилители. До 8 каналов по витым парам 5-й категории. Это потому что новые усилители Thesis серии TH это сделают сами, они рассчитаны на работу с цифрового входа, а ЦАП у них свой. При этом Bit One будет ещё и следить за состоянием усилителей, одновременно с шиной для аудиопотока работает и шина данных мониторинга. Но это если усилители — эксклюзивные Thesis. Если другие — у Bit One есть свой ЦАП, и сигнал на выход он даст аналоговый, тоже до 8 каналов.

Понимая стратегическую важность этого продукта, его вывели за рамки теперь уже довольно густонаселённого эксклюзивного суббрэнда Audison Thesis. Усилители TH не единственные его обитатели. Помните, говорилось про вечные ценности?

История с бородой

Главный разработчик усилительной техники Audison Эмидио Ваньони отметил вступление своего брэнда в цифровую область неслыханной выходкой. Сбрил бороду. Это для мужчины поступок, который так просто, как дамы меняют масть, не делают. Главные акустики Elettromedia Рикардо Аббателли и Джулиано Николетти остались при свойственной им форме растительности. Хотя повод для выходки был и у них: в Зинцхайме состоялась европейская премьера акустики Audison Thesis. История у неё довольно длинная (типа — с бородой), эскизы новой акустики я видел в 2005 году, но молчал, поскольку просили раньше времени не того...

Вот теперь время: акустика Thesis явилась во всём великолепии. У головок, составляющих комплект — собственные имена, ходить с номерами таким изделиям неприлично. Пищалка — с куполом из смеси шёлка с «Тетолоном», добавленным для стабильности в тяжёлых условиях автомобильной эксплуатации, называется Violin, среднечастотник с 80-миллиметровым диффузором — Voce (голос), 6,5-дюймовый мидбас — Sax (это переводить не надо?). У всех головок неодимовые, но не обращённые магнитные системы, материал для диффузоров применён самый новаторский — целлюлозная отливка на слой армирующего волокна, для наиболее эффективного охлаждения в устройстве магнитной системы использована схема, позаимствованная у Hertz V-Cone, хотя сами диффузоры — не V, у них центральные колпаки из поликарбоната. Четвёртый член команды — Thesis Basso, это 10-дюймовый сабвуфер, для аудиофильской системы такой калибр Аббателли (и не он один) считает безусловно оптимальным. В первой половине июня нам обещали подогнать такой комплект на тестирование, подозреваю, что это будет сильное впечатление.

Ещё о вечном

Алекс Клетт, глава EMMA — мужчина крайне разговорчивый, что далеко не всегда означает информативность, большая часть из сказанного им забывается к следующей сигарете. Но однажды он в середине длинной речи, посвящённой достоинствам гражданина Германии по имени Алекс Клетт, сказал нечто, что запомнилось, поскольку было абсолютно верно. Алекс сказал: в ближайшие годы самая важная роль в мире car audio перейдёт от тех, кто делает головные устройства, к тем, кто делает акустику. Потому что (это я уже объясняю такой прогноз) головные устройства меняются быстро и не всегда в нужную сторону, и не всегда производители успевают за изменениями на рынке, как вот сейчас, в рамках «кризиса DIN». А акустика мало изменилась с довоенных лет, это как револьвер: «Фарманом» времён Первой мировой воевать нельзя, а наганом — можно.

Отрадно (кто там говорил про пессимизм и кликушество?) отметить: акустические (и усилительные, эти компоненты в цепи стоят рядом) фирмы не тратят времени зря, вот, например, ещё мазок, иллюстрированный фотографией. Кто мог ожидать, что Focal будет делать пищалки из чего-либо, кроме металла? Вот смотрите: новые ВЧ-головки с кевларовыми куполами. Или m-Dimension, мы их знаем по усилителям. А в Зинцхайме было до дури акустики этой марки, причём в ряде случаев — очень интересной конструкции. Таких примеров немало, отдельные мазки складываются в весьма оптимистическую картину, надо только смотреть под правильным углом.

А в заключение — небольшая, в принципе, деталь, которая на самом деле придаёт картине жизнерадостный настрой. В одном из павильонов выставки взгляд приковал к себе логотип, который намного привычнее видеть на родине, а не в федеральной земле Баден-Вюргемберг. Единственной российской маркой, принимавшей участие в выставке, стала хорошо всем известная «Стандартпласт». И даже стильно выступили: безусловным фаворитом выставки — автомобилем, всеми сразу взятым в качестве платформы для демо-машин, в этом году был новый Fiat Cinquecento. А на стенде StP был тоже «500», но тот, настоящий. Как вечная ценность...